Экс-глава Минздрава Поморья признал вину на суде

В Архангельске идёт судебный процесс по делу Александра Герштанского, бывшего министра здравоохранения Архангельской области. На заседании 30 сентября он признал факты получения денег от предпринимателей, но подчеркнул, что действовал не ради себя, а ради помощи медицинским работникам, пациентам и участникам СВО.

В суде Герштанский держался собранно, отвечал уверенно и подробно описывал события. Он без задержек реагировал на вопросы прокурора, ссылался на случаи из врачебной практики и подчёркивал свой профессиональный опыт. По его словам, закон он нарушал либо ненамеренно, либо чтобы избежать бюрократических препон. Со всеми в зале он общался вежливо, без агрессии.

Сейчас Герштанскому вменяют четыре эпизода получения взяток в особо крупном размере.

По версии следствия, бывший министр получал средства от Станислава Слабоденюка, директора ООО «Медицинский союз», и от представителя фирмы «Медлига». Предполагается, что бизнесмены платили за содействие в получении государственных контрактов на поставку медицинских изделий.

О посредничестве между предпринимателями и Герштанским на прошлом заседании заявил Алексей Литвинюк, который находится на одной скамье подсудимых с экс-министром. Герштанский подтвердил, что получал от бизнесменов деньги, но утверждает, что они изначально предназначались на благотворительность, а компании не получали никаких преференций.

«Я понимаю, что с юридической точки зрения нарушал закон, поэтому согласен с обвинением в отношении этих эпизодов. Единственный момент, что меня смущает. Я не согласен, не могу это понять, что везде во многих документах и показаниях свидетелей говорится слова „требовал“, „общее покровительство“. За исключением данных терминов „требовал“ и „общее покровительство“ и подобных вещей, я признаю [вину], раскаиваюсь отдельно», — сказал Герштанский.

Герштанского также обвиняют в получении взятки от знакомого предпринимателя Олега Копасова, с которым они познакомились на отдыхе в Египте. Копасов утверждал, что переводил деньги на счёт ИП супруги бывшего министра за фиктивные рекламные услуги.

Александр Герштанский отметил, что инициатором общения был Копасов, который активно налаживал контакты и часто консультировался по вопросам здоровья. Однако, по мнению экс-министра, ни о каком покровительстве речи не шло.

«Супруга моя была знакома и с ним, и с его супругой, они общались, он консультировался с ней по своим вопросам, вопросам своего бизнеса. Поэтому на тот момент я в целом даже не воспринимал то, что деньги, которые он перечисляет моей супруге, являются взяткой для меня», — сказал Герштанский.

Супруга Герштанского — маркетолог, занимается продвижением бизнеса. При этом министр подчеркнул, что никаких услуг Копасову не оказывал.

«Признаю, что деньги были получены. Опять же, как и почему? Вопрос остаётся открытым. Поэтому с фактом перечисления согласен, о произошедшем сожалею, вину свою признаю, поскольку не проявлял внимания и бдительности как должностное лицо», — заявил он.

Герштанский обратил внимание, что Копасов путается в показаниях и не может чётко сказать, за что именно платил. В материалах дела фигурируют три разных мотива, которые он называл в разное время: покровительство, продвижение на высокую должность и помощь юридическому лицу в победе на конкурсах на поставку оборудования.

«Я так до сих пор и не могу понять, за что (он переводил деньги). Я точно могу сказать, что никаких действий или бездействий по отношению к ним не совершал. И, насколько я знаю, юридическое лицо (Копасова) ни в каких конкурсах не участвовало, не побеждало на территории Архангельской области», — сказал Герштанский.

Ранее Копасов пришёл в суд, но воспользовался 51-й статьёй Конституции, позволяющей не свидетельствовать против себя и близких. Прокурор зачитал его показания, данные на предварительном следствии.

Последний эпизод — предполагаемая взятка в 103 миллиона рублей, из которых экс-министру успели передать 10 миллионов уже в рамках оперативно-розыскных мероприятий. Деньги собирался заплатить руководитель ГК «СтройКомплекс» Александр Водовозов. Взамен Герштанский должен был организовать застройщику доступ к тепловой энергии от областной больницы для строительства домов.

Посредником в сделке выступал всё тот же Олег Копасов, познакомивший Герштанского с Водовозовым. Во время допроса Водовозова и в показаниях Копасова сообщалось, что на полученные деньги Герштанский планировал купить квартиры медикам через фирму Копасова.

По словам Герштанского, в переговоры между предпринимателями он особо не вникал. Летом 2025 года Копасов позвонил ему и сказал, что «всё решил», и бывший министр должен только уговорить главврача АОКБ Александра Ивлева направить в ТГК-2 письмо о том, что в больнице выявили излишки теплоэнергии и они от них отказываются.

«Мы хотели приобрести квартиры для медработников. Это был один из моих незакрытых гештальтов. Я уходил (с должности министра) и хотел все гештальты завершить. Копасов должен был приобрести квартиры и передать в безвозмездное пользование больнице», — отметил Герштанский.

Прокурор заметил, что в случае безвозмездной передачи квартир больнице пришлось бы заплатить большой налог на имущество. Бывший министр ответил, что эта сумма — ничто по сравнению с возможностью привлечь медработников из других городов.

«Поскольку мы знаем, что через 10 лет медицинский работник имеет право приватизировать это жильё и оставить его себе».

Герштанский добавил, что о 103 миллионах, самой большой сумме в обвинении, впервые услышал от уже задержанного Копасова. До этого момента речь шла лишь про 10 миллионов аванса от Водовозова, а сумма, на которую планировалось купить квартиры, даже не обсуждалась.

«Уже после задержания [Копасов] позвонил мне, начал мне кричать в телефон, что „получил 10 миллионов с радостью“. Я понимаю, что он уже находился в тот момент с сотрудниками. Меня это удивило, что он об этом сообщает. Потом долго спрашивал, что с деньгами делать. Я сказал, что ничего, поскольку, собственно говоря, и не понимал, что происходит. Когда я несколько раз пытался завершить разговор, Копасов прокричал мне, что всего 103 миллиона. Про что 103 миллиона? Потом я уже узнал из материалов уголовного дела, что это сумма взятки, которая мне инкриминируется», — сказал Герштанский.

По словам Александра Герштанского, планировалось, что из денег, полученных от Водовозова, Копасов оставит себе 10 миллионов — чтобы покрыть налоги и расходы на оформление ООО и передачу квартир. Такую же сумму экс-министр планировал оставить себе, чтобы перенаправить их на развитие НКО «Центр оказания социальной помощи выпускникам военно-медицинской академии». Развитием этой организации он планировал заниматься после ухода с должности министра.

По словам Герштанского, НКО «Центр оказания социальной помощи выпускникам военно-медицинской академии» создавалось для того, чтобы выпускники этой самой академии могли помогать друг другу в официальном поле: например, по возможности закупать необходимое оборудование в различные медицинские организации.

Но в итоге оформлением бумаг никто заниматься не стал, и организация фактически осталась чатом, где выпускники просили о помощи и помогали без оформления официальных бумаг.

В разговоре с прокурором Александр Герштанский отметил, что не планировал извлечь из ситуации личную выгоду и не был инициатором коррупционной схемы.

«Господин Водовозов через Олега Копасова активно на протяжении всего 2024–2025 года разными способами добивался от меня, чтобы я совершил эти действия. Я в конечном счёте их совершил и раскаиваюсь в этом. Даже в переписке с Копасовым использую ненормативную лексику, которую использую крайне редко, для того, чтобы объяснить ему, чтобы он от меня отстал и не был настолько назойливым, чтобы я всё-таки совершил это действие в виде указания главному врачу, точнее, даже просьбы направить это письмо в адрес ТГК-2».

Герштанский заявил в суде, что деньги, которые он получал от представителей бизнеса, шли на закупку лекарств и медицинского оборудования. Об этом экс-министр рассказал в ходе заседания суда: по его данным, суммы тратились также на проживание медработников в глубинке.

«Что касается средств — да, мы их получали, безусловно, — подтвердил он. — Суммы шли исключительно на решение тех задач, которые возникали передо мной (как перед министром здравоохранения Архангельской области). Я, к сожалению, их иным способом решить не мог. Это и лекарства для взрослых и детей, и оборудование — и для больниц, и для непосредственно людей, которые обращались ко мне. Это различного рода ремонтные, строительные материалы, бытовая техника, мебель для квартир, куда медработники приезжают в удалённые точки Архангельской области. Деньги тратились исключительно на эти цели».

Также, по словам Герштанского, в 2022 году, когда началась СВО, появились дополнительные проблемы с закупкой препаратов и обезболивающего.

«В первые же дни возникали сложности, они касались лекарственных препаратов, обезболивающего из медицинских аптечек, которые также были нужны. Ко мне стали обращаться мои сослуживцы, с которыми я служил, когда был военнослужащим. Также был создан чат „Ассоциация выпускников Воинской Академии“, в котором общались несколько тысяч выпускников вуза, который я окончил. В том числе возникали вопросы сложности по приобретению, поиску каких-то лекарственных препаратов и оборудования. Эти люди также ко мне обращались, и я по возможности всегда помогал», — рассказывает он.

По словам экс-министра, за счёт средств предпринимателей оплачивалась и починка автомобилей, которые отправляли в зону СВО.

«Повторюсь, ещё был большой пласт работы внутри региона, но, да, это тоже. Насколько помню, двигатель на Fiat стоил порядка 400 или 500 тысяч, и на Mercedes тоже порядка такого», — рассказал он.

В качестве свидетеля со стороны защиты выступил Алексей Осмоловский, предприниматель из Архангельской области, который ездит в зону СВО с посылками для участников операции и гуманитарной помощью. По его словам, Герштанский регулярно помогал передавать на фронт медицинское оборудование, машины и медикаменты.

Прокурор отметил, что новые показания Александра Герштанского по четвёртому эпизоду отличаются от того, что он говорил ранее. Обвинитель обратил внимание, что бывший министр во время явки с повинной и при допросе в качестве подозреваемого указывал, что знает об общей сумме взятки в 103 миллиона рублей, и признался, что сам просил Копасова договариваться с Водовозовым о передаче теплоэнергии от АОКБ.

Герштанский сообщил, что существенной разницы в своих показаниях не видит. Он указал, что текст его предыдущих показаний составляли сами следователи, и он мог не обратить внимание на эти детали.

«Допрос проходил ночью. Я не могу сказать, что хорошо спал. У следователя, который вёл допрос, уже была готовая болванка. Я не придал значения этим фактам, наверное, ночное время сказалось, и я был менее внимателен. Сейчас понимаю, что даже фигуры речи, использованные тогда, имеют определённый подтекст. Если вы видите значимые расхождения, прошу принять к сведению мои показания, которые я дал сегодня».

Исходя из показаний Копасова, однажды Герштанский попросил его слетать в Москву за деньгами. Взяткодатель задержался: Копасов пропустил обратный самолёт, и ему пришлось ехать домой на поезде. В столице Олег встретился с курьером азиатской внешности, который передал ему конверт с 10 миллионами рублей. В своё оправдание курьер сказал, что сегодня развозит деньги один, поэтому везде опаздывает.

Вскоре после этого Герштанский приехал в Санкт-Петербург и попросил отдать ему деньги. Копасов подивился масштабам финансовых махинаций: в двух пакетах было 20 миллионов рублей.

Александр Герштанский сообщил, что ни о какой «общей кассе» Копасову никогда не говорил.

«Я подозреваю, что, когда он это говорил, он находился в состоянии какого-то аффекта либо под воздействием лекарственных препаратов. Ничего такого не было. В его показаниях очень много того, чего не произносилось и даже не имело для себя среды питательной, чтобы такое говорить».

Бывший министр здравоохранения Архангельской области предположил, что показания Копасова могут разниться из-за его «психологического заболевания, о котором он сам говорил в своих показаниях».

Экс-главу Минздрава Александра Герштанского заключили под стражу 21 сентября 2025 года, буквально через пару дней после ухода с должности министра. На заседании 28 сентября 2026 года он ответил на вопросы журналистов 29.RU и рассказал про условия в СИЗО.

Ранее Герштанский обратился в региональный военкомат, чтобы отправиться на СВО. Об этом он сообщил ещё на первом заседании. В суде 29.RU спросили у экс-главы Минздрава, какой ответ ему дали на это обращение.

До этого в суде также допросили бывшего директора «Фармации» Алексея Литвинюка, которого обвинили во взятке и в посредничестве по делу Герштанского. 29.RU записал его ответы на видео.